Тара

Выпуск № 9-119/2009, В России

Тара

 

Еду в Тару. Наконец-то! Столько читала и слышала о молодом драматическом театре на севере Омской области. И хотя ему пошел всего седьмой сезон, наград и премий у театра предостаточно. К тому же свежи в памяти «Весенние побеги» последнего «Сибирского транзита». Честный, искренний, пронзительный спектакль. Предчувствие встречи с интересным творческим коллективом не обмануло. Более того, еще раз убедило, что не перевелись на Руси мудрые губернаторы и толковые директора, способствующие развитию такого «неприбыльного» искусства, как театр. И что модель театра-дома во главе с главным режиссером ничуть не устарела, но, вопреки скептикам, укореняет-таки древо жизни и приносит зрелые плоды.

В репертуаре театра: А.Чехов, Н.Гоголь, А.Островский, Д.Фонвизин, А.Арбузов, А.Вампилов, В.Астафьев, В.Шукшин, К.Гольдони, Ф.Ведекинд, С.Маршак, М.Зощенко. Какая благодатная почва для профессионального роста молодежной труппы! В маленьком городке, каким является Тара, театр всегда больше, чем театр. Он – средоточие культуры, этики и эстетики. Он – свет, отражающийся в зрителях. Миссионерство – высокое понятие, и соответствовать ему, ох, как трудно! Но по-другому, видимо, нельзя, чтобы не раствориться в пустоте и пошлости, чтобы не предать свой первый театр – первую любовь…

Главный режиссер Северного театра им. М.Ульянова Константин Рехтин пригласил меня на просмотр и обсуждение двух спектаклей: «Гостиница Мирандолины» и «С носом». Первым оказался К.Гольдони.

Перед началом спектакля мы видим на заднем плане сцены большие старинные часы. Под ними, ближе к зрителю, – легкие мостики через реку. И уже совсем рядом, по бокам просцениума, расположились слуги в масках. С кошельками и счетами в руках. Когда погаснет свет в зрительном зале, часы вдруг оживут. Их стрелки заторопятся. И настанет Время. Слуги застучат костяшками счетов, затрясут кошельками. Вода в реке двинется, и поплывут под мостиками маленькие, но вполне убедительные торговые суда. А потом распахнутся комнаты-коробки и явят нам персонажей спектакля – забавных кукол, оживающих на глазах. И как-то сразу в незамысловатом (казалось бы!) оформлении сцены (художник Ольга Веревкина) возникла особая атмосфера истории, написанной в XVIII веке великим трудоголиком Карло Гольдони. История обаятельной предприимчивой простолюдинки, хозяйки гостиницы Мирандолины.

Режиссер-постановщик К.Рехтин определил жанр спектакля «Гостиница Мирандолины» как «комедия-маскарад». И, действительно, героиня чудо как хороша во всех многочисленных нарядах, на славу сработанных пошивочным цехом. Но маскарада как условия для интриги в ее переодеваниях нет. Мирандолина Ирины Марининой всегда остается сама собой. Кокетство или капризы не в счет. Другое дело, Ортензио Алексея Лялина и Деянира Натальи Климовой – странствующие актеры, прикидывающиеся знатными особами. Здесь, в диапазоне актерской игры от напыщенной наглости до парализующего страха и наоборот, угадываются жанровые особенности маскарада. Что легко соотносится с заявленным режиссером приемом стилизации комедии масок. Расфранченные постояльцы гостиницы наперебой добиваются особого расположения хозяйки, соперничая друг с другом. Их нелепое жеманство, нарочитое высокомерие и лукавство поданы актерами Алексеем Горбуновым (маркиз Форлипополи) и Василием Кулыгиным (граф Альбафьорито) с легкостью озорной игры. И даже мрачноватая личность кавалера Риппофратты Яна Новикова не разрушает атмосферу. Не говоря уж о слугах, среди которых Фабрицио Владислава Хрусталева особенно хорош и ловок в импровизациях с подачей кушанья знатным особам. А как полнокровно вплелись в игру бродячие актеры вместе с муляжной Коломбиной Ольги Пасиченко, что просто сердце радовалось! Как вдруг… Мирандолина и Риппофратта влюбились друг в друга! Прямо по-настоящему. Со слезами на глазах. И началась мелодрама со всеми вытекающими отсюда последствиями. Темпоритм спектакля завис, а способ существования героев вошел в конфликт со стилистикой спектакля. Благо пьеса шла к концу. И грустно-красивая Мирандолина все же одумалась, то есть не вступила в любовную связь с кавалером. И пришлось бедному Риппофратте грустно-красиво плыть восвояси. Конечно, опасно простолюдинке не помнить себя, но еще опасней идти против автора и менять жанр на переправе. В результате спектакль, в котором все предвещало успех, оставил легкое недоумение.

А вот спектакль «С носом» произвел на меня глубокое впечатление. Театральная фантазия (как обозначено в программке) соединяет жизни майора Ковалева из повести Н.В.Гоголя «Нос» и Агафьи Тихоновны из пьесы «Женитьба». Основой сценической версии о женской доле стала пьеса А.Володина «Агафья Тихоновна». Режиссерское высказывание К.Рехтина о судьбе гоголевских героев убеждает силой художественного впечатления и смелостью творческого эксперимента.

Сцена театра становится и игровой площадкой, где в петербургских просторах затерялась квартирка Ковалева, и зрительным залом для публики (художник-постановщик В.Сафронов).

История жизни майора Ковалева (А.Горбунов) и его жены Агафьи Тихоновны (О.Пасиченко) развивается в двух планах. Время поворачивает вспять, обретая форму воспоминаний. Однажды «свежий кавалер» (визуальный намек на картину К.Федотова) обнаружил на собственном лице отсутствие носа и отправился на поиски пропажи. Странный гость, большой и плотный (В.Кулыгин), появившийся из сундука, как черт из табакерки, сопровождает майора повсюду. Он обладает поистине дьявольской энергией в раскручивании собственного сценария. Игра актеров, перетекающая из одного внутреннего состояния в другое, усиливается трансформацией сценического пространства. Люди становятся персонажами, монстрами, нависающими над маленькими зданиями Петербурга, над белеющими как памятники разных размеров, носами. Дома начинают двигаться, летать, переворачиваться, создавая атмосферу фантасмагории, где Странный гость и майор Ковалев, оседлав носы, проносятся по улицам Петербурга. Ускользающая от понимания реальность отражается ужасом и страхом в круглых глазах маленького Ковалева. И когда нос все же вернется к хозяину, следы мистической яви проступят в дальнейшей полупьяной жизни майора.

На контрасте стилистического решения «Носа» возникает монолог Агафьи Тихоновны. Униженная грубыми выходками мужа и Странного гостя, поселившегося в доме, Агафья Тихоновна согревается воспоминаниями о прежней жизни. Ее лицо светлеет, голос обретает мягкую душевную интонацию, обделенное любовью сердце ее ищет утешения в облике избранника, Ивана Кузьмича. Мельчайшие детали коротких встреч (и как он посмотрел, и что он говорил) разрастаются в самое волнующее, трепетное, чистое и достойное событие в жизни. Тема украденного счастья, возникающая в удивительно достоверной, искренней игре Ольги Пасиченко, покрывает весь спектакль. Сквозь его фантастическую канву пробивается свет сочувствия к героям, к загубленным судьбам людей.

Уезжая из Тары, уношу в сердце свет и чувство благодарности театру за то, что он – живой, ищущий, творческий организм.

Фото Сергея Мальгавко

Фотогалерея

Anonymous, 21 июня 2009

актер не Алексей, а Александр Горбунов, очевидно это опечатка.

Отправить комментарий

Содержание этого поля является приватным и не предназначено к показу.
CAPTCHA
Мы не любим общаться с роботами. Пожалуйста, введите текст с картинки.