Белгород. Ностальгия по настоящему

Выпуск №9-10—189-190/ 2016, В России

Белгород. Ностальгия по настоящему

В конце мая в Белгородском государственном академическом драматическом театре имени М.С. Щепкина состоялась премьера спектакля «Любовь и голуби» Владимира Гуркина.

В репертуаре Белгородской драмы давно не было «народной» комедии. Конечно, театр понимал, что находится в долгу перед своими зрителями - жителями черноземного края, где каждый второй горожанин связан кровными узами с деревней. Поиски названия будущего спектакля шли вместе с поиском режиссера, который бы тонко чувствовал стихию русской жизни, народные характеры и умел находить для их сценического воплощения яркую и пронзительную театральную форму.

Имя Станислава Мальцева, главного режиссера Драматического театра Тихоокеанского флота (г. Владивосток) возникло как будто случайно. Сначала - в общении с друзьями белгородского театра, столичными критиками, а затем на церемонии награждения лауреатов XIII Международного театрального фестиваля «Золотой Витязь» состоялось личное знакомство руководства Белгородской драмы с режиссером. Белгородская «Касатка» А.Н. Толстого в постановке Семена Спивака и спектакль Уссурийского театра драмы имени В.Ф. Комиссаржевской «Саня, Ваня, с ними Римас» В. Гуркина в постановке Станислава Мальцева стали обладателями приза «Серебряный Витязь», а три приморских актера были награждены «Золотыми дипломами» фестиваля. Тогда же режиссеру поступило приглашение о сотрудничестве, и мостом из Владивостока в Белгород стала именно драматургия Владимира Гуркина: для белгородской постановки после долгих переговоров была выбрана пьеса «Любовь и голуби».

- Как и многие другие, я прекрасно помню яркий и успешный фильм Владимира Меньшова, и некоторые сомнения были по этому поводу - до того, как я взял в руки пьесу, - рассказывал Станислав Мальцев в одном из интервью. - Как только ее прочел, четко понял, что я это поставлю, и поставлю по-другому, нежели это сделано в кино.

Бережное и глубокое прочтение пьесы Владимира Гуркина открыло режиссеру смыслы, которые ускользнули из знаменитой киноверсии, позволило иначе взглянуть на комедийных героев, обнаружив в жителях байкальской глубинки и вечные русские характеры, и «уходящую натуру» человеческих типов советской Атлантиды.

... События спектакля разворачиваются на фоне Олимпиады-80. Старый ламповый «Рекорд» с раскуроченной задней стенкой, обнажающей телевнутренности, - не просто свидетель и судья происходящего, но его активный участник. В разгар семейной ссоры он принимает на себя удар кулака и отзывается трансляцией футбольного матча. «Вот тоже, косоногие!» - досадливо бросает ему Вася Кузякин,